0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

К чему приведет приватизация сбербанка

Греф предложил приватизировать Сбербанк

Президент Сбербанка Герман Греф предложил властям подумать над продажей государственных банков, в том числе Сбербанка. По его словам, это хорошая альтернатива повышению налогов. «Считаю, что не нужен [государству] контрольный пакет в Сбербанке. Я не вижу ни одного основания, почему нужно держать», – сказал Греф (цитаты по ТАСС). Он отметил, что «Сбербанк, в отличие от многих других компаний, абсолютно продаваемая история».

По мнению Грефа, приватизировать госбанки лучше, чем запрещать им покупать новые активы. Последнюю меру предлагает Федеральная антимонопольная служба (ФАС). Продавать госбанки необходимо для снижения государственного сектора в экономике, указывает Греф. «Если ВТБ собирается покупать «Возрождение», пусть покупает, зачем это запрещать? Если кто-то из санируемых банков вдруг приглянется какому-то из банков с государственным участием, пусть покупают. Нужны не запреты — и так кислорода не так много, – сказал Греф. – Если мы боремся с государственным сектором экономики, то надо не так бороться, надо продавать те банки, которые есть».

Сейчас правительство обсуждает источники финансирования нового майского указа президента Владимира Путина о развитии страны до 2024 г. На его реализацию планируется потратить 25 трлн руб., из которых 8 трлн предстоит найти. Дополнительные средства планируется получить в том числе за счет настройки налоговой системы. Первый вице-премьер и министр финансов Антон Силуанов при этом неоднократно подчеркивал, что возможная налоговая реформа не будет предполагать общее повышение фискальной нагрузки. Пока правительство не подготовило окончательных предложений по налогам, но уже согласован налоговый маневр в нефтяной отрасли: постепенное обнуление к 2024 г. экспортной пошлины и повышение НДПИ. Это даст федеральному бюджету 1-1,6 трлн руб. до 2024 г .

Чем владеет государство

Государство напрямую контролирует второй по величине российский банк ВТБ и Россельхозбанк. Кроме того, сейчас ЦБ через Фонд консолидации банковского сектора принадлежат санируемые «ФК Открытие», Бинбанк и Промсвязьбанк. После перехода последних трех под контроль ЦБ доля государства в банковском секторе возросла до 66,2%, оценивала в феврале Набиуллина.

Сбербанк формально не является государственным банком. Его основной акционер – Центробанк, которому принадлежит контрольный пакет (50% плюс 1 акция). До этого уровня доля ЦБ снизилась в 2012 г., когда регулятор продал 7,6% акций Сбербанка на $5,2 млрд. До этого доля ЦБ сократилась в 2007 г. после первичного размещения акций Сбербанка. Банк тогда продал 2,6 млн акций на общую сумму $8,9 млрд. При этом часть акций купил Центробанк, потратив $3 млрд. По состоянию на 8 июня пакет ЦБ в Сбербанке стоит на Московской бирже около 2,4 трлн руб.

Планы Грефа

«Я уже много раз говорил, что не собираюсь работать всю свою жизнь в Сбербанке. Но я хочу до конца дней быть клиентом Сбербанка. Залогом этого может быть только одно – что Сбербанк будет всегда находиться в конкурентных условиях», – сказал бессменный президент и председатель правления Сбербанка с ноября 2007 г.

Греф не в первый раз предлагает государству приватизировать Сбербанк. В 2015 г. он призвал к «полной приватизации Сбербанка», отмечая, что во время переходного периода ЦБ должен сохранить у себя 25% акций. В 2016 г. министр экономического развития Алексей Улюкаев предложил вернуться к обсуждению приватизации Сбербанка. Против были президент Владимир Путин и председатель ЦБ Эльвира Набиуллина. Путин назвал идею приватизировать Сбербанк преждевременной.

Набиуллина и в этот раз высказалась против приватизации Сбербанка. Такой же позиции придерживается председатель его наблюдательного совета, экс-руководитель ЦБ Сергей Игнатьев. «Я выскажу личную точку зрения: я бы не снижал», – заявил он.

Действующее законодательство позволяет государству контролировать компании и банки, не имея контрольного пакета. Например, через «золотую акцию» или акционерное соглашение. Последним способом государство управляет Федеральной сетевой компанией, где у Росимущества менее 1%.

Почему Греф хочет приватизировать Сбербанк и к чему это приведет

Герман Греф предложил приватизировать «Сбербанк», чтобы выполнить майский указ президента. Руководитель главного банка страны считает, что таким образом госбюджет может найти нужные для прорыва 8 млрд рублей. Кому Греф хочет распродать госактивы, зачем ему это нужно и что будет со сберкнижками — «URA.RU» узнало ответы на самые интригующие вопросы.

Зачем Греф решил «распродать» госактивы Сбербанка?

Глава Сбербанка хочет продать госактивы, чтобы получить больше свободы в управлении, считает директор Института актуальной экономики Никита Исаев. Это стало для Грефа актуальным из-за усиления «Внешэкономбанка» бывшим первым вице-премьером Игорем Шуваловым и конкуренции, которую выстраивает в отрасли глава ЦБ Эльвира Набиуллина. «При такой доле госактивов сложно согласовывать действия с органами госвласти, ведь они заинтересованы в пополнении бюджета, а не в развитии бизнеса. Греф любит новые технологии, сейчас увлечен блокчейном, государство же его притормаживает. В итоге банк не может работать с резервами, остатками на счетах и депозитами», — отмечает Исаев. По его словам, Греф понимает, что, даже продав свои активы, государство все равно будет поддерживать «Сбербанк», так же как и структуры Виктора Вексельберга, Олега Дерипаски, которые считаются социально значимыми. Отметим, что Банку России принадлежат 52,32% акций Сбербанка, 47,52% акций находятся в свободном обращении.

Кто может купить активы «Сбербанка»?

Покупка акций «Сбербанка» доступна как российским, так и большому количеству зарубежных игроков, считает главный экономист «ПФ Капитал» Евгений Надоршин. По информации «Вести.Экономика», за прошедший год доля американских инвесторов в обращающихся на рынке акциях Сбербанка выросла на полтора пункта и составила 40%. Британцы владеют третью акций (29,5%) «Сбербанка» на рынке. Отметим, на 9 июня, по данным МФК-Инвест, цена обыкновенной акции банка на бирже составила 212,9 рубля.

Экономист Игорь Николаев говорит, что несмотря на то, что Сбербанк — очень привлекательный актив, иностранные инвесторы могут воздержаться от покупки больших пакетов, чтобы не попасть под санкции. «Китайцы могут купить, они в этом плане более перспективные покупатели», — заметил эксперт. Так, в пятницу, 8 июня, стало известно, что китайские инвесторы собираются войти в капитал 14-го по величине российского банка — Совкомбанка.

Читать еще:  Как можно через сбербанк онлайн подключить мобильный банк

Чем может обернуться продажа госактивов? Что будет со сберкнижками?

Главный риск от приватизации Сбербанка заключается в недоверии россиян частным банкам, считает экономист Игорь Николаев: «Как только объявят о приватизации, люди сделают вывод, что надо срочно бежать и снимать деньги со счетов. Это обрушит всю систему». По его словам, это не учли реформаторы в 90-е годы, и из-за этого россияне не верят в устойчивость коммерческих банков. Поэтому прежде, чем принимать решение о продаже госактивов, нужно отдавать себе отчет, что «Сбербанк» — это половина рынка частных вкладов, отмечает эксперт.

Не стоит рассчитывать и на то, что приватизация «Сбербанка» как-то улучшит ситуацию с выплатой долгов по сберкнижкам, уверен руководитель аналитического отдела портала BankoDrom.ru Вячеслав Путиловский. «Что касается вкладов и книжек, то здесь существенных изменений ждать не приходится. „Сбербанк“ будет находится под пристальным вниманием государства, даже если контрольный пакет будет продан». Поэтому возврат вкладов, которые были заморожены в момент развала СССР, точно не случится, уверен Никита Исаев. «Нужно об этом забыть», — резюмировал он. Напомним, в ноябре 2017 года Госдума отложила выплату советских вкладов, размещенных в Сбербанке, с 20 июня 1991 года до 2020 года.

Государству выгодно продавать активы Сбербанка?

На данный момент государству невыгодно продавать госактивы, считает главный экономист «ПФ Капитал» Евгений Надоршин. По его словам, в России банковские активы стоят очень дешево, даже если они качественные. Поэтому, по словам экономиста, продажа госактивов с целью получения материальной выгоды исключена. В то же время приватизация может нанести урон всему банковскому сектору, считает эксперт. «Фактически сейчас „Сбербанк“, как самый крупный игрок на рынке, может позволить себе назначать любые ставки по депозитам, по кредитам, по большому спектру продуктов. При такой рыночной власти продажа его активов просто опасна для рынка», — отмечает Надоршин.

Приватизацию госбанков активно обсуждали до кризиса 2014 года. Осенью 2016 года экс-глава МЭР Алексей Улюкаев предложил включить Сбербанк в план приватизации на 2017—2019 годы. Но в ноябре 2017 года глава ЦБ РФ Эльвира Набиуллина заявила, что это можно будет сделать только после восстановления банковского рынка и роста доверия к частным банкам.

«Бульдожья схватка под ковром»: Кому достанется Сбербанк?

Юрий Пронько

Уже в обозримом будущем могут произойти события, которые будут иметь далеко идущие последствия. Самая настоящая «бульдожья схватка под ковром» развернулась между разными группами влияния во власти. Причина конфликта — контроль над Сбербанком. Тот, кто будет владеть этим крупнейшим активом России, получит не просто контроль над всем финансовым рынком, он будет иметь у себя «в кармане» всю страну

Чиновники федерального уровня рассматривают вопрос передачи 50% плюс 1 акция Сбербанка (остальные находятся в свободном обращении) от Центробанка другой госструктуре, об этом сообщило агентство Reuters со ссылкой на три источника, близких к сторонам обсуждения. Я бы сказал, близких к сторонам разгорающегося конфликта.

О том, что обсуждается передача Сбербанка от ЦБ, сообщили «Ведомостям» руководители двух госструктур. Решение по этому вопросу пока не принято. Однако есть информация, что контроль над Сбером может получить Росимущество. Именно эта контора, как правило, вместе с Минэкономразвития готовит документы на дальнейшую приватизацию госактивов.

Согласно действующему закону о Центробанке, уменьшение его доли в капитале Сбера до уровня менее 50% плюс одна голосующая акция может произойти только в случае внесения в него необходимых изменений. Таким образом, в развернувшийся конфликт, помимо групп влияния в исполнительной власти, могут быть втянуты и законодатели, причём из обеих палат парламента.

В руководстве Сбера не скрывают своего желания «наложить лапу» на актив и приватизировать его. Так, после прошедшего в июне годового собрания акционеров глава Сбербанка Герман Греф заявил, что «лучше вместо повышения налогов продать какие-то акции компаний, которые продаваемые. Сбербанк — абсолютно продаваемая история».

Греф пытается сыграть на настроениях людей. Дескать, можно не повышать налоги, давайте продадим блокирующий или контрольный пакет акций Сбербанка. Правда, этот деятель не договаривает о том, что вместе со Сбером мы потеряем и контроль над собственной финансовой системой.

Сбер — не просто крупнейший банк России, это кредитное учреждение фактически диктует всему рынку свои условия.

Один игрок не должен быть равен всему государству или всему финансовому рынку. Мы когда-то жили в такой парадигме, это привело к плачевным последствиям. Когда у вас вообще нет никакого выбора, рано или поздно банк начинает навязывать то, что он считает нужным, а не даёт то, что нужно именно вам,

— говорит первый замглавы ЦБ России Ольга Скоробогатова.

В ЦБ осознали, какого они «монстра» вырастили. Разногласия между Сбербанком и ЦБ в последние годы фиксировались регулярно, но в настоящее время развернулось беспрецедентное противостояние. Например, вокруг системы быстрых платежей, которую хочет полностью подмять под себя Греф.

«У нас сложилась уникальная ситуация за последнее время, когда фактически один или два игрока владеют всей массой переводов. Вы знаете, что очень часто вам говорят: идите, откройте счёт в «этом» банке, тогда я вам онлайн смогу перевести. У нас нет такого источника финансирования, у нас нет таких возможностей, чтобы мы коротко, понятно, с определённым уровнем защиты, как вы, регулятор, требуете, договорились и создали. Если такие инфраструктурные проекты будут работать для, грубо говоря, 300 банков, а два ключевых игрока там работать не будут, та цель, которую мы хотим достичь, то, что мы с вами хотим сделать в плане конкуренции, не будет иметь никакого смысла», — считает Ольга Скоробогатова.

«Когда рынок монополизируется, то саморегулирование будет условным, в интерпретации монополистов рынка. Они будут вместе с регулятором под «соусом» саморегулирования навязывать рынку то, что выгодно ограниченному кругу участников и невыгодно остальным участникам. Саморегулирование в сегодняшней интерпретации, боюсь, очень быстро скатится к советскому профсоюзу, когда от имени трудящихся будут так саморегулировать рынок, что никуда не денешься, и он будет всё дальше и дальше схлопываться. ЦБ зреет-зреет, а потом что-то выплёскивает. Он же варится в своём соку, иногда только дозированно до тебя что-то доводя», — это мнение главы Ассоциации российских банков Гарегина Тосуняна.

Читать еще:  Банковская ячейка сбербанка при совершении сделок с недвижимостью

Таким образом, ЦБ сам во многом виновен в произошедшем. Российская экономика в кризисе, но не Сбербанк. Фактическая олигополизация рынка, когда топ-5 контролирует более 70% всех денежных потоков в стране, ведёт не к развитию, а к жёсткому диктату банковского олигархата.

«Фактически ЦБ убил кредит в нашей экономике, обессмыслив тем самым работу банковской системы. Ведь главный смысл банковской системы — трансформация сбережений в инвестиции. Доля инвестиционных кредитов сегодня не превышает 7%, они практически перестали кредитовать инвестиции. Более того, сверхприбыли, которые имеют банки, особенно государственные, имеют своим источником попросту изъятие денег из оборотных средств предприятий через завышенные процентные ставки и из карманов населения через завышенные по ставкам потребительские кредиты. Банковская система работает в минус экономическому росту, тормозит экономическое развитие, в цифрах это выглядит так: примерно 14 трлн руб. было изъято за последние четыре года из реального сектора и перераспределено через банковский сектор обратно в ЦБ», — говорит академик РАН Сергей Глазьев.

«Доля активов крупнейших банков в банковском секторе увеличивается значительно и очень быстро. Прибыль банков сосредоточена всё более в крупнейших банках. Сбербанк получает примерно половину всей прибыли, которая достаётся банковским организациям, топ-5 дополнительно забирают 90% прибыли, первая двадцатка работает как-то с прибылью, остальные 400 банков находятся скорее в зоне убытков, чем нуля. То есть работает эффект монополизации банковского сектора. Комиссия за перевод денег в топ-5 банков составляет 2%, в топ-250, т. е. в среднем по банковской системе, — 0,05%. В 40 раз больше в тех банках, которые из топ-5», — рассказывает председатель Совета ТПП России по промразвитию и конкурентоспособности экономики Константин Бабкин.

В настоящее время Сбер уже контролирует целые сегменты: создаёт новые маркет-плейсы, которые никак и никем не регулируются; через весьма сомнительные схемы, которые тянут на откровенное рейдерство, захватываются целые предприятия. Идет тотальное усиление «конторы Грефа», которая, как мне кажется, ставит перед собой две цели. Одну, тактическую, — ежегодное увеличение дивидендов — и вторую, стратегическую, — приватизацию в интересах иностранного капитала.

Разберёмся в каждой из них. Если проанализировать документы российского Минфина, понятно, какой объём дивидендов со стороны Сбербанка будет выведен на Запад, конкретно в США и Великобританию, в 2020-м году. Речь идёт о сумме более чем в $3 млрд. Согласно проектировкам Минфина, в следующем году Сбербанк направит на выплату дивидендов 50% чистой прибыли — это следует из пояснительной записки к федеральному бюджету на 2020-2022 годы. В следующем году государство получит от Сбера порядка 217 млрд руб. дивидендов, такая же сумма будет переведена на счета иностранных акционеров. Таким образом, на дивиденды по обыкновенным акциям Сбербанк может направить свыше 434 млрд руб. Следовательно, чтобы выплатить эту сумму, Сбер в текущем году должен заработать свыше 906 млрд руб. чистой прибыли по МСФО, что на 9% больше, чем в 2018-м.

Выплаты будут расти и дальше, ожидает Минфин. Если в 2020-м выплаты составят 217,1 млрд руб., то в 2021 году в бюджет от Сбербанка должно поступить 254,6 млрд руб., а в 2022 году — 282,5 млрд руб.

А теперь самое интересное: кто сегодня реально владеет т. н. «свободными акциями» Сбера.

Резидентам США принадлежит 40% акций, Великобритании — 29,5%. Т. е. почти 70% т. н. «свободных» акций Сбера принадлежит Западу. Известно, что в течение ближайших трёх лет на выплату дивидендов банк намерен направить более триллиона рублей. Сумма более чем внушительная. Особенно, если понимать структуру акционерного капитала и знать, кому в реальности принадлежит «банк Грефа».

Выплаты зарубежным акционерам Сбера в течение ближайших трёх лет будут только расти. В 2020-м британо-американские нерезиденты, контролирующие почти 70% «свободных акций» Сбера, получат $2 млрд 373 млн, в 2021 — уже $2 млрд 778 млн, а в 2022-м — вообще за $3 млрд. Итого британо-американский синдикат с нашей помощью станет богаче в ближайшую трёхлетку на $8 млрд 235 млн или 527 млрд рублей.

Цифры впечатляют, но это тактический вопрос. Стратегическая же задача Грефа и тех, кто за ним стоит, — окончательная приватизация Сбербанка.

«Конкуренция обостряется в банковском секторе не только ценовая (кто выше ставки предложит по вкладам или ниже по кредитам), она носит уже технологический характер: кто предложит более технологичный, интересный, удобный продукт. Не все банки могут себе это позволить, потому что нужно инвестировать деньги. Поэтому для того, чтобы сохранялась конкурентная среда, чтобы было больше игроков на рынке, банков, не банков, мы должны инвестировать в это что-то своё и предлагать на доступных условиях пользоваться этими инфраструктурными возможностями. Иначе будет развиваться рыночная олигополия, банковская либо экосистемы олигопольные, которые станут монопольными системами. А если ещё в рамках программы приватизации мы их все приватизируем, это будет вообще беда. Потому что частная монополия ничуть не лучше государственной, а может, и хуже», — говорит первый зампредседателя Банка России Дмитрий Тулин.

На мой взгляд, частная монополия значительно хуже государственной. Особенно когда речь идёт о контроле над денежными потоками, которые, в свою очередь, позволяют контролировать жизнь целой страны. Сейчас мы наблюдаем настоящую «бульдожью схватку под ковром», группы влияния сцепились не на жизнь, а на смерть. Победит ли здравый смысл, когда во главе угла встанут интересы государства, а не узкой группы влиятельных лиц, покажут события ближайшего времени. Но надо отдавать себе отчёт: приватизация Сбербанка — это приватизация всей России. Думаю, вам, как и мне, очень не хотелось бы оказаться под «колпаком Грефа» и его западных кураторов.

Читать еще:  Банки партнеры газпромбанка без комиссии

Подписывайтесь на канал
«Царьград» в Яндекс.Дзен
и первыми узнавайте о главных новостях и важнейших событиях дня.

Чем грозит приватизация Сбербанка?

С потерей негласных безлимитных госгарантий по обязательствам Сбербанка в случае его приватизации не исключен передел банковского рынка, считают эксперты.

В правительстве вновь заговорили о необходимости приватизации Сбербанка — соответствующее заявление сделал глава Минэкономразвития Алексей Улюкаев на Гайдаровском форуме. Как полагают эксперты, приватизация Сбербанка приведет к пополнению бюджета и усилению конкуренции в банковской сфере, однако при продаже акций банковского гиганта придется сделать существенную скидку по сравнению с их биржевой стоимостью — сейчас банковский сектор непривлекателен для инвесторов.

Углубление кризиса снова ставит перед правительством вопрос о возвращении к теме приватизации крупнейших банков с государственным участием — Сбербанка и ВТБ. Как заявил Улюкаев, их приватизация позволит принципиальным образом изменить ситуацию с капитализацией российского банковского сектора. Ведь пока что в связи с продолжением политики антироссийских санкций заимствования на западных финансовых рынках остаются для России закрытыми, а дальнейшее наращивание и так немалых объемов господдержки банков становится в нынешних условиях проблематичным. Улюкаев отметил, что активы обоих банков с госучастием «очень качественные» и «привлекательные во всем мире».

В пользу приватизации Сбербанка ранее неоднократно высказывался его руководитель Герман Греф: так, в 2010 году на форуме в Давосе он предложил начать снижать долю государства в капитале госбанков именно со Сбербанка. В ноябре 2015 года Греф предложил переходный период, в течение которого 25% акций «Сбера» могли бы сохраняться у ЦБ, чтобы впоследствии приватизировать 100% акций госбанка. Власти реагировали на эти идеи Грефа по-разному: в 2010 году тогда министр финансов Алексей Кудрин заявлял, что скорой приватизации Сбербанка не будет. А вот в 2016-м, на том же Гайдаровском форуме первый вице-премьер правительства РФ Игорь Шувалов, отвечая на вопрос, рассматривается ли приватизация крупнейших банков в этом году, сказал, что правительство рассматривает «более амбициозный план приватизации».

Приватизация Сбербанка снизит налоговую нагрузку

Эксперты в целом положительно оценивают последствия возможной приватизации Сбербанка для экономики в целом. «Для экономики будет лучше, если бюджетные проблемы будут решаться не за счет роста налогов, а за счет приватизации государственных активов», — заявил руководитель практики инвестиционного консультирования ФБК Роман Кенигсберг. Что же касается последствий для банковского сектора, все зависит от конкретных условий сделок. «Банковской системе необходим дополнительный капитал. Если он придет со стороны, то есть без использования кредитов банковской системы, то это должно положительно сказаться на банковской системе», — полагает он.

В то же время остаются неясными условия будущей приватизации Сбербанка, учитывая его уникальность в банковской системе. «Непонятно, предполагается ли сохранение контроля государства над политикой банка. Сбербанк сейчас оказывает значительное влияние на тарифную и процентную политики других кредитных организаций. Получив в руки такой уникальный финансовый инструмент, можно влиять не только на банковскую систему, но и на экономику страны. В то же время с потерей негласных безлимитных государственных гарантий по обязательствам Сбербанка не исключается исход из него клиентов и передел банковского рынка», — отмечает Кенигсберг.

При этом, по словам эксперта, приватизацию Сбербанка можно рассматривать как с точки зрения позитивных, так и негативных сторон: «Плюсы — пополнение бюджета и снижение дополнительной налоговой нагрузки на бизнес. Минусы — возможна упущенная выгода от продажи по сравнению с условиями в лучшие годы, но все познается в сравнении».

В настоящее время государственные банки пользуются приоритетом в предоставлении господдержки, также имидж государственного банка создает определенные конкурентные преимущества, подчеркнул партнер аудиторско-консалтинговой группы «БДО Юникон» Денис Тарадов. «Приватизация этих банков позволит выравнять условия конкуренции в банковском секторе и будет способствовать развитию других частных банков. С другой стороны, в текущих условиях банковский сектор непривлекателен для инвесторов, поэтому для продажи крупного пакета придется предоставить существенную скидку от биржевой стоимости акций банка», — пояснил он.

С точки зрения социальных последствий тоже не стоит ожидать каких-либо потрясений, уточнил Тарадов. «Никаких дополнительных гарантий вкладчикам, кроме доступного всем страхования вкладов АСВ, государство не предоставляет. Банк уже давно избавился от образа «сберкассы» и является одним из лидеров по уровню обслуживания и внедрению новых технологий и продуктов», — полагает эксперт.

В условиях кризиса приватизация Сбербанка — уникальная возможность пополнить бюджет

Приватизация Сбербанка — дело времени, уверен управляющий партнер компании Kirikov Group Даниил Кириков. «Приватизация госактивов была анонсирована достаточно давно, чтобы топ-менеджмент не стал к ней готовиться. А в условиях кризиса, когда у властей нет практически никаких вариантов пополнить бюджет, это чуть ли ни единственная реальная возможность получить деньги», — заявил эксперт.

По его мнению, приватизация усилит конкуренцию в банковской сфере. «Для банковского сектора не изменится по сути ничего — тот же гигант, занимающий благодаря своей огромной розничной сети, поддержке государства и былой славе огромную долю рынка. Однако приватизация сама по себе должна усилить конкуренцию в секторе, так что с этой точки зрения ее можно только приветствовать. Остальное будет зависеть от новых акционеров и руководства — сможет ли оно эффективно управлять такой компанией», — пояснил Кириков.

Социальных последствий также не будет — у нас просто нет альтернативы Сбербанку, подчеркнул эксперт. «Единственным, но очень большим риском, здесь может быть повторение ситуации 90-х годов прошлого века, когда приватизированные активы достанутся кучке невнятных, но близких к власти людей. Впрочем, столь явных нарушений власть не допустит — активы выкупят наши любимые олигархи, так что бюджет свое получит», — резюмировал Кириков.

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector